Читайте также:

коронацию Карла Великого (а в ясную погоду его коронуют с каждым восходом и закатом), устроил себе на склоне холма, на дерне, королевское кресло с зеленым бархатным сиден..

Герман Мелвилл (Herman Melville)
«Веранда»

У ВАС В ГОСТЯХ Я мог бы без конца говорить о красоте ваших городов. Прежде всего меня поражает ваше великодушное отношение к п..

Алан Маршалл (Alan Marshall)
«Статьи»

Он не дает сбить себя с пути соблазнам сентиментальности, красноречия, развлекательства, пафоса, — всей этой пышной процессии ошибок, которая проходит по белому листу ..

Джозеф Конрад (Joseph Conrad)
«Ги де Мопассан»

Смотрите также:

Свадьба с Максом Мэллоуэном

Характер Эркюля Пуаро

О любви Агаты Кристи

Агата Кристи археолог

Раннее творчество

Все статьи


Поиск по библиотеке:




Ваши закладки:

Вы читаете «Час Ноль», страница 2 (прочитано 1%)

«Черная смородина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Secret Adversary», закладка на странице 10 (прочитано 5%)

«The Mysterious Affair at Styles», закладка на странице 10 (прочитано 6%)

«Таинственный соперник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Партнеры по преступлению», закладка на странице 10 (прочитано 7%)

«Щелкни пальцем только раз», закладка на странице 10 (прочитано 7%)

«Врата судьбы», закладка на странице 10 (прочитано 8%)

«Тайна замка Чимниз», закладка на странице 10 (прочитано 7%)

«Тайна Семи циферблатов», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

И тогда присутствующие один за другим стали поворачиваться в направлении мистера Тривза, поскольку мистер Тривз до сих пор еще не принял участия в общей беседе. Собравшиеся ожидали услышать заключительное слово своего самого уважаемого коллеги. Мистер Тривз, откинувшись на спинку кресла, рассеянно протирал свои очки. Наступившая тишина заставила его поднять глаза. – А? – произнес он. – Что? Вы как будто спросили меня о чем то? Ему ответил молодой Льюис: – Мы говорили, сэр, о деле Ламорна. – Ах, да да, – сказал мистер Тривз. – Я как раз думал об этом. Присутствующие оживленно зашевелились, потом, как по команде, наступила тишина. – Боюсь лишь, – продолжал мистер Тривз, по прежнему занимаясь очками, – что в этом случае я позволил себе немного пофантазировать. Да да, именно пофантазировать. Следствие преклонных лет, я полагаю. Мои года уже позволяют пользоваться этой маленькой привилегией: фантазировать, когда захочется. – Да, конечно, сэр, – произнес Льюис, озадаченно глядя при этом на старика. – Я думал, – вновь продолжал мистер Тривз, – не столько о различных юридических нюансах этого дела – хотя они интересны, крайне интересны: если бы приговор был обратным, для апелляции имелись бы самые серьезные основания; я даже полагаю… Впрочем, оставим это пока. Так вот, я думал, повторяю, не о юридических нюансах, а о – как бы поточнее выразиться – о людях в этом деле. Лица присутствующих удивленно вытянулись. В этом кругу профессионалов люди, проходящие по делу, представляли интерес исключительно с точки зрения достоверности или недостоверности их свидетельских показаний. Никому никогда и в голову не пришло бы размышлять о том, виновен подсудимый в действительности или невиновен, как это определил суд. – Да а. Так вот, – задумчиво продолжал мистер Тривз. – Люди. Самые разные. Кто то с умом, значительное большинство – без. Собраны, знаете, чуть ли не со всех концов света: из Ланкашира, из Шотландии, владелец ресторана из Италии, учительница откуда то со Среднего Запада. Каждого из них эта история незаметно, но цепко втянула в круг своих событий и наконец серым ноябрьским днем собрала всех вместе в Лондоне в зале суда. Каждый вносит свою маленькую частицу. И все это венчает суд по делу об убийстве. Он замолчал, легко и вместе с тем четко побарабанил пальцами по колену. – Я, признаться, люблю почитать хороший детективный рассказ, – сказал он. – Только все они, по моему, не с того начинаются. Вы не прочли и нескольких страниц, а убийство уже совершилось. Но ведь убийство – это финал. А само действие начинает разворачиваться задолго до него, иногда за целые годы, – со всеми причинами и событиями, которые приводят затем определенных людей в определенное место в определенный час определенного дня. Возьмите, к примеру, показания этой горничной. Если бы кухарка не отбила у нее молодого человека, она не отказалась бы в сердцах от своего места, не отправилась бы к Ламорнам и не была бы главным свидетелем защиты. Опять же этот Джузеппе Антонелли, приехавший к брату погостить на месяц.




Страницы: (110) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Мировая история мне всегда представлялась
великой длительной борьбой, которую ведет разумное меньшинство с
большинством глупцов. В этой борьбе я стал на сторону разума, и потому я
симпатизировал великому опыту, предпринятому Москвой, с самого его
возникновения.
Недоверие и сомнение. Однако с самого начала к моим симпатиям
примешивались сомнения. Практический социализм мог быть построен только
посредством диктатуры класса, и Советский Союз был в самом деле государством
диктатуры. Но я писатель, писатель по призванию, а это означает, что я
испытываю страстную потребность свободно выражать все, что я чувствую,
думаю, вижу, переживаю, невзирая на лица, на классы, партии и идеологии, и
поэтому при всей моей симпатии я все же чувствовал недоверие к Москве.
Правда, Советский Союз выработал демократическую, свободную конституцию; но
люди, заслуживающие доверия, говорили мне, что эта свобода на практике имеет
весьма растрепанный и исковерканный вид, а вышедшая перед самым моим
отъездом небольшая книга Андре Жида только укрепила мои сомнения.
Потемкинские деревни. Итак, к границам Советского Союза я подъезжал
полный любопытства, сомнений и симпатий. Почетная встреча, оказанная мне в
Москве, увеличила мою неуверенность. Мои хорошие знакомые, люди обычно
вполне разумные, совершенно теряли здравый ум, когда оказывались среди
немецких фашистов, осыпавших их почестями, и я спрашивал себя, неужели и я
позволю тщеславию изменить мой взгляд на вещи и людей. Кроме того, я говорил
себе, что мне, несомненно, будут показывать только положительное и что мне,
человеку, не знакомому с языком, трудно будет разглядеть то, что скрыто под
прикрашенной внешностью.
Нападки, вы званные недостатком комфорта. С другой стороны, множество
мелких неудобств, осложняющих повседневный московский быт и мешающих видеть
важное, легко могло привести человека к несправедливому и слишком
отрицательному суждению. Я очень скоро понял, что причиной неправильной
оценки, данной Москве великим писателем Андре Жидом, были именно такого рода
мелкие неприятности...

Лион Фейхтвангер (Lion Feuchtwanger)
«Москва 1937»

© 2003-2011 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Руслан Назаров. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 5.0

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу copyright@rulib.net и мы немедленно удалим указанные работы.

Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс www.agatachristie.ru, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.